Ваше имя свято в нашем доме Старейшина Кри-Л Коффорд Член Кворума Семидесяти Среди нас есть те, кто с ужасом отвергает мысль о том, чтобы украсть деньги другого человека или его вещь, но не думает о том, что не следует красть репутацию или доброе имя человека. Знаете ли вы, как легко любить вас и как сильно я люблю вас? Прямо перед началом сессии некоторые из моих внуков зашли в наш гостиничный номер. Было видно, что они говорили о выступлении старейшины Марлина Дженсена, которое прозвучало этим утром. Один из них сказал: “Дедушка, ты боишься?” Я солгал и ответил: “Не очень”. Другой произнес: “Не бойся, дедушка, даже если ты все перепутаешь, мы все равно будем любить тебя”. Но реальность снова вернулась в номер, когда кто-то добавил: “Но, дедушка, это будет очень неловко”. Вот почему я изо всех сил стараюсь ничего не перепутать. Это случилось 26 июня 1858 года, в то время, когда самая большая в истории Соединенных Штатов Америки регулярная армия начала спланированное вторжение в Долину Соленого озера. Они пришли положить конец несуществующему восстанию. Почти каждый, кто хотя бы отдаленно знаком с историей Церкви, может рассказать вам, что те маршевые колонны двигались в относительной тишине всего в нескольких метрах от места, где сейчас стоит это здание, через город, который один писатель успел назвать “вымершим”, и разбили лагерь западнее. Что последовало затем, уже не так хорошо известно. Впоследствии армия продвинулась на 67 километров южнее Солт-Лейк-Сити, к местечку Фейрфилд, небольшому поселению в долине Кедров, где насчитывалось менее двухсот человек. Их епископом был Джон Карсон, мой прадед. Представьте себе, что должна была чувствовать эта маленькая группа прихожан. К тому же, хотелось бы вам проснуться однажды утром и обнаружить, что в ваш двор входят несколько тысяч солдат, а также более трех тысяч повозок, десять тысяч волов и двенадцать тысяч мулов? Проблемы появились незамедлительно. Из нашей устной семейной истории, которая все романтизирует и приукрашивает, мы узнали, что епископ Карсон был серьезно обеспокоен положением людей, которыми он руководил. Все трудности, связанные с расположением армии, обрушились на Фейрфилд уже ночью. Чтобы защитить членов поселения, насколько это возможно, епископ Карсон познакомился с командующим форта, часто обедавшим в их гостинице, и установил с ним дружеские отношения, основанные на взаимном уважении. Оба руководителя оценили ситуацию и затем по соглашению провели границу. Никто из армейского персонала не мог перейти на территорию гражданского поселения без особого разрешения своего начальника. Никто из членов поселения не мог перейти в форт без особого разрешения епископа Карсона. Линия на земле представляла собой негласный приказ. Нельзя было пересекать эту границу. Когда мы были детьми, граница на земле имела для нас особое значение. Всякий раз, когда у мальчишек возникали разногласия, для достойного решения требовалась граница на земле. Действующие лица стояли на противоположных сторонах границы, стараясь выглядеть настолько устрашающе, насколько это возможно. “Давай, перейди, ты еще пожалеешь об этом” - таким было обычное приглашение, которое, как правило, выражалось куда как менее вежливо. Вот тогда я понял великую ценность границы на земле. Спустя много лет я пришел к пониманию того, что воображаемые границы на земле нанесены любящим Небесным Отцом, Который и следит за тем, чтобы оберегать нас от армии Люцифера. Сегодня в жизни у каждого из нас могут быть десятки таких границ. Я бы хотел поговорить только об одной из них - о границе, которая гласит: “Каждое имя свято в вашем доме”. В начале своего служения в качестве представителя Высшей власти Церкви мне посчастливилось быть в одной ситуации рядом со старейшиной Мэрионом Д. Хэнксом, когда он рассказал эту историю. Я перескажу ее с его разрешения. Оскар Кирхем был одним из великих людей Церкви и самым уважаемым среди скаутов. Он служил в Первом Совете Семидесяти, и его присутствие было всегда значимым, куда бы он ни пришел. Часто на собраниях он пользовался личной привилегией выступить и, когда ему давали разрешение, всегда старался отозваться хорошо о ком-нибудь. Когда его жизнь подходила к концу, он выступил в Университете имени Бригама Янга с краткой речью на тему “Скажи доброе слово”. В то утро, когда он умер, старейшину Хэнкса пригласили домой в семью старейшины Кирхема. Ему передали маленькую, простую записную книжку, где старейшина Кирхем делал свои записи. Две последние записи гласили: “Скажи доброе слово” и “Ваше имя свято в нашем доме” (см. Marion D. Hanks, Say the Good Word, by Oscar A. Kirkham [1958], 4). Каким это было бы благословением, если бы каждый из нас следовал этому совету! Если бы о каждом из нас действительно не говорили плохо в других домах! Вы замечали, как легко переступить границу и свалить вину на других людей? Слишком часто мы извиняем себя за то же самое поведение, которое осуждаем в других. Милосердие к себе, правосудие для других - еще слишком частая форма поведения. Но когда мы имеем дело с именем и репутацией другого человека, мы имеем дело с чем-то священным с точки зрения Господа. Среди нас есть те, кто с ужасом отвергает мысль о том, чтобы украсть деньги другого человека или его вещь, но не думает о том, что не следует красть репутацию или доброе имя человека. Старая пословица гласит: “Не суди другого до тех пор, пока не измеришь милю его шагами”; этот совет так же хорош сегодня, как и в тот день, когда его произнесли в первый раз. Есть так много хорошего в худшем из нас и так много плохого в лучшем, и не надо искать недостатки в других. (Hazel Felleman, sel., The Best Loved Poems of the American People [1936], 615.) Этот принцип не нов для нашей эпохи. В Псалтири из Ветхого Завета содержится настоятельное предупреждение от Господа: “Тайно клевещущего на ближнего своего изгоню” (Псалтирь 100:5). Иаков, слуга Господа в зените времени, повторил эту вечную истину, когда сказал: “Не злословьте друг друга, братия: кто злословит брата или судит брата своего, тот злословит закон и судит закон . . . А ты кто, который судишь другого?” (Иакова 4:11, 12). Позднее Господь повторил Свою давнюю заповедь в откровении, данном Пророку Бригаму Янгу: “Перестаньте говорить зло один о другом” (У. и З. 136:23). Очень важно для меня, что эта простая заповедь находится всего в нескольких стихах от слов Господа о наказании за непослушание. “Будьте усердны в соблюдении всех заповедей Моих, дабы осуждения не постигли вас, дабы не ослабела вера ваша и да не восторжествовали бы над вами враги ваши” (У. и З. 136:42). Тем, кто сомневается в важности этой заповеди, я могу задать два простых вопроса: (1) Как вы можете говорить, что любите ближнего, если у него за спиной вы принижаете его доброе имя и репутацию? и (2) Как вы можете говорить, что любите Бога, если не любите даже своего ближнего? Самая ничтожная попытка осудить заставляет вспомнить гневные слова Спасителя, которые находим в Евангелии от Матфея (от Матфея 12:34, 36, 37): “Порождения ехиднины! как вы можете говорить доброе, будучи злы?” “Говорю же вам, что за всякое праздное слово, какое скажут люди, дадут они ответ в день суда, Ибо от слов своих оправдаешься, и от слов своих осудишься” (от Матфея 12:34, 36-37). Мне хотелось бы, чтобы дети из Первоначального общества услышали несколько слов, которые я хочу сказать. Я старался научить ваших мам и пап чему-то очень важному, но мне требуется ваша помощь. Я заключу с вами договор. Если пообещаете слушать внимательно, я обещаю говорить не очень долго. Помните историю Бэмби, маленького олененка, и его лесных друзей? Если помните, одним из друзей Бэмби был кролик по имени Тампер. Он был вашим ровесником. Тампер был очень хороший кролик, но у него была одна проблема. Он говорил плохо о других. Однажды Бэмби упал, когда учился ходить. Тампер не смог удержаться от искушения. “Не правда ли, он не очень хорошо ходит?” - выпалил Тампер. Его мама очень расстроилась и спросила: “А что твой отец говорил тебе сегодня утром?” Тампер помялся, посмотрел себе под ноги и сказал: “Если не можешь сказать ничего хорошего, лучше вообще ничего не говори”. Это очень хороший совет, которому нам всем нужно следовать. С этого момента, если кто-то в вашей семье начнет говорить о ком-нибудь что-то плохое, пожалуйста, топните ногой и громко скажите: “Если не можешь сказать ничего хорошего, лучше совсем ничего не говори”. Каждый поймет, что вы имеете в виду. После этого маме и папе будет немного легче жить по этой заповеди. Я молюсь, чтобы Господь благословил каждого из нас и мы никогда не переходили бы разделительную границу на земле и могли бы жить так, чтобы можно было сказать: “Ваше имя свято в нашем доме”. В этот знаменательный Пасхальный день я заканчиваю свое выступление рожденным Духом торжественным заявлением о том, что Иисус Христос в самом деле есть наш Спаситель и наш Искупитель. Спасение придет благодаря Его Искупительной жертве, только через нее - и никак иначе. Во имя Иисуса Христа, аминь.